По национальности я русская, с рождения живу в России, Самаре. Верующая. Но с тринадцати лет начала ходить в протестантскую церковь, которую здесь называют просто – Кирха (der Kirche по-немецки – церковь). В девятнадцать лет я приняла конфирмацию у лютеран. Конфирмация – обряд схожий с православным крещением и отличающийся от него тем, что человек принимает крещение в сознательном возрасте. Тем не менее, друзьями и знакомыми, крещеными в православии, мой выбор осуждался. До сих пор не могу понять, почему. Ведь протестантизм – такая же ветвь христианства, наряду с католицизмом и православием. Большинство людей в России православные, но каждый может делать свой выбор.
В протестантизме я вижу гораздо больше веры и боголюбия, чем в православии, несмотря на то, что это самая новая ветвь христианской религии, всего-то в шестнадцатом веке появилась. В протестантизме нет икон, которые, я считаю, противоречат заповеди: «Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде ниже земли…». Пуская иконы – это лики святых, но за их деяния к святым людей причислила земная церковь, то есть те же люди. Святые должны быть, но абсурдно молиться на иконы и ставить свечки. Это противоречит Священному писанию. Молитва должна быть обращена к Богу и только.