Показано с 1 по 1 из 1
  1. #1
    Новичок Аватар для Иоанн






    Post Роза Мира и вечный русский вопрос

    Эту небольшую заметку я разместил впервые в 2008 на форуме Розы Мира. Она по-прежнему кажется актуальной, поэтому с небольшими изменениями размещаю ее здесь. Уже на этой неделе мы планируем начать обсуждать в ТимСпике вторую книгу «Розы Мира», и данная заметка посвящена ей.

    Что делать?

    Казалось бы, в книге Даниила Андреева немало говорится о том, что предстоит сделать в рамках создания и построения Розы Мира на Земле. Однако будем иметь в виду – это обращено не к конкретному читателю, а к человечеству вообще.
    О том, что можно сделать конкретному человеку, который прочитал книгу и испытывает желание что-то делать начать, говорится меньше.

    В то время почти каждый, прочитавший «Розу мира» и воспринявший поток ее идей, просто не может жить как раньше. Ему хочется сделать что-то важное, значимое. Изменить что-то в своей жизни, в окружающем мире, в близких людях.
    И тут приходится действовать на ощупь, во многом методом проб и ошибок.
    Настоящая статья посвящена тем, кто не просто прочитал книгу Даниила Андреева, но и хочет внести свой личный – пусть и небольшой, скромный – вклад в воплощение ее идей…

    * * *

    Речь пойдет о тех местах в «Розе мира», где Андреев дает конкретные рекомендации. Большей частью я буду обращаться ко второй книге, посвященной метаисторическому и трансфизическому познанию.

    Начало второй книги, да и само ее название показательно. Автор говорит нам о новых методах познания.
    Заметим, что если бы речь шла о уникальном откровении, которое никто не в состоянии повторить, Андреев не использовал бы слово «метод». Метод подразумевает методичность, в том числе и в овладении самим методом.

    В задачу книги входит – как один из компонентов – намерение дать понятие лишь о некоторых методах религиозного познания, а именно о тех, которые, как мне кажется, имеют наибольшее творческое значение на текущем историческом этапе.

    Обращаю внимание на слова «Наибольшее творческое значение».
    Андреев словно подчеркивает, насколько важно, именно сейчас, на данном историческом этапе, чтобы многие люди овладели этими новыми методами познания.

    Думаю, у многих возникнет желание возразить: ведь метаисторический метод включает в себя метаисторическое озарение, а потом уже только созерцание (своего рода медитацию над полученными образами) и осмысление (обдумывание их). Без озарения нельзя начать, а его то как раз и нет, так как же быть?

    Андреев возражает на это следующими словами:

    Очевидно, мы имеем здесь дело с некоторой врожденной предрасположенностью; мы столь же мало можем вызвать или уничтожить ее, как, например, врожденное свойство музыкальности. Однако самая эта способность может быть на протяжении жизни или заглушена, или просто остаться неиспользованной, как зарытый в землю талант, или, наконец, подвергнуться развитию, иногда даже чрезвычайно ускоренному. Научно-воспитательная система, которая кажется нам возможной в будущем, способствовала бы именно развитию этой способности.

    Здесь подчеркивание мое. Обращаю внимание и на то, что слово «будущее», о котором говорится во фразе «которая кажется нам возможной в будущем», успело стать настоящим для нас с вами.
    Не будем лишний раз напоминать о том, как важно побыстрее создать ту научно-воспитательную систему, о которой писал Даниил.
    Будем пока говорить только о конкретных людях – о нас с вами.

    Практический вывод из приведенной цитаты следующий:
    1. Если способности есть, то развивать их можно и нужно.
    2. Даниил Андреев считал их развитие весьма важной задачей («наибольшее творческое значение на данном историческом этапе»).

    Я опускаю дальнейшее описание метаисторического метода. Здесь Д.А. писал конкретно о себе и только о себе.
    К методу как таковому он возвращается после описания своего мистического опыта, и уже большей частью в связи с трансфизикой.
    Впрочем, он дает еще несколько конкретных рекомендаций именно по метастории, - и мы к ним еще вернемся.
    Сейчас поговорим о некоем универсальном ключе, который приводит Даниил в той же самой главе чуть дальше.

    Будем помнить, что метаисторический и трансфизический методы не случайно приводятся в одной главе. Многое из того, что относится к трансфизическому методу, в значительной степени можно отнести и к метаисторическому.

    Общее заключается в способе восприятия:

    восприятие Розы Мира отличается прежде всего ощущением прозрачности физического слоя, переживанием просвечивающих сквозь него слоев трансфизики, горячей любовью к этому переживанию и его старательное выпестывание. Это ощущение охватывает сферу культуры и истории – и отливается в учение метаисторическое; оно обращается к Солнцу, Луне, звездному небу – и делается основой учения вселенского, то есть метаэволюционного; оно охватывает земную природу – и находит свое выражение в учении о стихиалях. Учение же о стихиалях оказывается ветвью более общего учения о структуре Шаданакара – учения трансфизического.

    Курсив Даниила Андреева обращает внимание на то, что является ключевым.

    Данная цитата охватывает сразу целый круг пластов и явлений, разные направления познания. И выделяет общее и главное.
    Андреев использовал здесь слово «прозрачность».
    В других местах он использует слова «сквожение», «сквозящее видение».

    Все эти слова передают ту особенность восприятия, которая становится главной в раскрытии новых способностей. Они не являются – и не могут являться четким определением, философской дефиницией, - они помогают почувствовать образы, уловить нечто, что пытается передать Даниил.

    Не будем много цепляться за слова.
    Важно то, что рождается внутри нас. Постепенно, не сразу. Андреев писал, что это переживание, порой мимолетное и ускользающее надо любить, «выпестывать» в себе.

    через что же, какими путями достигается человеком это сквозящее мировосприятие? Приходит ли оно независимо от наших усилий воли, как счастливый дар судьбы, или может быть нами сознательно воспитано в самих себе и в целых поколениях?
    Пока объединенные усилия множества людей еще не направлены на такое воспитание, до тех пор радость сквозящего мировосприятия остается, действительно, милостью Божией и для получения ее мы почти не затрачиваем сил. Долгим трудом только наших невидимых друзей сердца, носителей Провиденциальной воли, раскрываются в ком-нибудь из нас органы такого восприятия, а чаще, гораздо чаще приоткрываются на узкую, то и дело снова притворяющуюся щель. Но и такой приоткрытости достаточно, чтобы уже началось сквожение физического мира и чтобы осчастливленный им стал похож на прозревающего слепого.


    Вызвать этот процесс совершенно произвольно – в себе или в другом – вряд ли возможно, по крайней мере, теперь. Но можно работать в этом направлении так, чтобы в каждом из нас или наших детей этот труд шел навстречу труду Провиденциальных сил; чтобы в психофизических пластах как бы прорывался туннель одновременно с двух сторон: нами – и друзьями нашего сердца.

    Туннель – это весьма точный образ. Чтобы сделать восприятие прозрачным, пробить в нем, условно говоря, окно, через которое мы могли бы видеть другие миры.

    Есть одно предварительное условие: без него никакие усилия в этом направлении ни к чему бы не привели. Это – собственная готовность человека добиваться сквожения ему того хрустального сосуда, который мы называем Природой. Значит, процесс этот доступен либо для тех, кто сам допускает возможность существования миров стихиалей (без этого можно желать не сквожения физического слоя, а только, наоборот, чтобы из этого ничего не вышло, дабы мой научный скепсис восторжествовал), либо для детей, если это доверие к стихиям и любовь к Природе с ранних лет укрепляются старшими…

    «Пока не станете, как дети, не войдете в Царствие Божие…» – вспоминается, когда читаешь это.
    Пока не станете, как дети, – не увидите иных миров.



    Андреев пишет, что надо обязательно допускать возможность того, что стихиали существуют, верить в это.
    Можно махнуть рукой – «а, я не вестник!», и этим поставить внутри себя мощный психологический заслон на пути развития каких бы то ни было способностей. Поэтому вера в себя тоже требуется. Конечно, вера эта не должна перерастать в самоуверенность. И даже быть не столько верой в себя, сколько в готовность провиденциальных сил сделать именно нам этот волшебной подарок. И проявлять терпение в связи с тем, что подарок этот не может быть вручен прямо сразу, так как, образно говоря, в своем нынешнем состоянии мы не сможем этот подарок удержать…


    Когда требуемое внутреннее условие налицо, надо озаботиться созданием необходимых условий внешних.

    Легко догадаться, что речь идет о таких периодах (месяца полтора, два в году), когда современный человек, освободясь от работы ради хлеба насущного, может позволить себе уединиться среди природы. Мне думается, летом условия благоприятнее, потому что именно летом, при высоком стоянии солнца, развитии растительности и обнажении земной поверхности и водных пространств, активность стихиалей умножается во много раз за счет участия новых и новых слоев их. Не говорю уж о том, что обычно именно летом горожане уезжают в отпуска, то есть хоть на месяц получают возможность общения с Природой. Хотя, надо сказать прямо, за месяц далеко не продвинешься, а в двухнедельные отпуска предпринимать подобные попытки и вовсе бесполезно.


    Отмечу, что Андреев дважды называет минимальную продолжительность подобных периодов – месяц.
    Однако из этого не следует, что если месяца у нас нет, а есть две или три недели, то лучше махнуть рукой и даже не браться! Любые попытки в этом направлении могут что-то дать, другое дело, их может оказаться недостаточно для серьезных изменений.

    В чем задача? В том, чтобы войти возможно глубже в Природу, в жизнь стихий, и войти притом не как разрушителю и не как любознательному испытателю, а как сыну, после многолетних скитаний на чужбине возвращающемуся в отчий дом.

    Данная фраза кажется мне исключительно емкой:

    Войти возможно глубже в Природу.



    Попробуйте-ка войти глубоко в природу, оставаясь в состоянии суеты. Ничего не получится! По себе знаю, что даже просто так проваляться в лесу, ничего не делая 3-4 часа подряд, бывает гораздо сложнее, чем выполнить серьезную интеллектуальную или физическую работу. Что-то в нас начинает противиться. Что-то завет «давай, иди, делай дела, хватит валяться!». Даже на физическом уровне начинается неудобство, что-то чешется, колет какая-то травинка, хочется есть… Это нас не отпускает мир.
    В природу войти, между прочим, не так просто!

    в жизнь стихий…



    Не просто сбежать от цивилизации.
    Сбежать – в Жизнь!

    …как сыну, после многолетних скитаний на чужбине возвращающемуся в отчий дом…

    Помню, как Андреев описывал соприкосновение со стихиалью реки – она словно ждала его, как давнего друга.
    И здесь он подчеркивает, что на природе, у стихиалей мы дома в большей степени, нежели под крышей и у теплой батареи.

    И дальше:

    Быт свой необходимо упростить, одежду сделать возможно легче…

    Читать такие книги, которые способствовали бы мирному, доброжелательному настроению …


    По мере того, как читаешь, словно сам входишь в это состояние.

    Все это конкретизация того, о чем говорилось выше. Средства для того, чтобы успокоиться внутренне. Обрести глубокое умиротворение.



    Есть у Андреева и некоторые «отрицательные» пункты, - упоминание вещей, в которых лучше себя ограничить. Пожалуй, это актуально не только во время летних вылазок:

    следовало прежде всего избегать засорения души и ума всякими мелочными житейскими заботами.

    Думаю, что имеются в виду в первую очередь летние мелочные заботы, которые подстерегают дачника – здесь полить, там прополоть, там подстричь.
    Вся эта суета ведь отвлекает нас от стихиалей, находящихся рядом.
    Для того чтобы соприкоснуться с ними, важно прекращение того делания, которое является для нас привычным …

    Андреев пишет и об отношении к алкоголю:

    Быть может, некоторых я спугну одним указанием, но, к сожалению, оно совершенно твердо: сведение к минимуму мясной и рыбной пищи и отказ от обильного употребления вина.

    Замечу, это тоже не я придумал.
    (во время розамирических встреч на природе по этому вопросу традиционно не было единства, и если с вегетарианством все получалось нормально, то по поводу алкоголя многие не соглашались. Я же зарекомендовал себя как борец за трезвость, хотя отнюдь не являюсь таковым и вполне могу позволить стаканчик вина)


    Отмечу еще одно:

    Близости к машинам, разговоров на технические темы и чтения подобной литературы я всячески избегал, разве что пользуясь иногда механическим транспортом.

    Добавил бы от себя, что желательно еще избегать разговоров о политике.
    Разговоры эти, протекающие обычно страстно, вызывают у людей не самые светлые чувства и мешают входить в природные ритмы не меньше.

    Дальше содержится указание на направленность внутренней работы:

    Но все это – указания о внешнем. Можно все лето до изнеможения слоняться по лесам и полям, а вернуться ни с чем. Внешние условия должны быть дополнены некоторыми усилиями ума и чувства. В чем они заключаются?
    В том, что человек постепенно приучается воспринимать шум лесного океана, качание трав, течение облаков и рек, все голоса и движения видимого мира как живое, глубоко осмысленное и к нему дружественное. Будет усиливаться, постепенно охватывая все ночи и дни, чувство, неизменно царящее над сменой других мыслей и чувств: как будто, откидываясь навзничь, опускаешь голову все ниже и ниже в мерцающую тихим светом, укачивающую глубь – извечную, любящую, родимую. Ощущение ясной отрады, мудрого покоя будет поглощать малейший всплеск суеты; хорошо в такие дни лежать, не считая времени, на речном берегу и бесцельно следить прохладную воду, сверкающую на солнце.


    Все.

    Отмечу только, что в последнем абзаце Андреев снова подчеркивает то самое сладкое ничегониделание: «лежать, не считая времени»; «бесцельно следить прохладную воду»…

    Для чего важно все это?
    Дело в том, когда мы входим в такое состояние, мы открываем возможность, чтобы стихиали и друзья сердца поработали с нашей душой.
    И тот самый тоннель, о котором говорилось выше,


    Пост скриптум. Хождение босиком

    Андреев во многих местах своей книги говорит о необходимости хождения босиком, что невольно создается впечатление, что это тоже одно из необходимых условий.

    Действительно, Андреев говорил об упрощении одежды и обуви в летнее время – чтобы забота о ней минимально отвлекала от общения с природой, и чтобы одежда и обувь не мешала телу воспринимать излучения стихиалей.
    А это излучение, постепенно действуя на наше физическое и эфирное тело, подводит к раскрытию тех самых способностей.

    Однако хождение босиком не должно причинять явного дискомфорта. Не стоит превращать его в жесткое закаливание, в борьбу. Привычки меняются медленно. Если мы будем заставлять свое тело делать то, что ему не нравиться, оно запомнит хождение босиком как неприятную обязанность, а этого совсем не нужно.

    Удобнее всего ходить босиком по теплой траве. Это необычайное мягкое соприкосновение, кроме всего прочего, еще и отвлекает от суеты мыслей, помогает вырваться из городского ментального ритма, когда мы склонны все свободное время отдавать обдумыванию чего-либо. Приятно ходить по теплым летним дорогам, лесным тропинкам.

    Если преодолеть в себе некоторую брезгливость, можно научиться получать удовольствие и от ходьбы по грязи, о которой так замечательно писал Андреев в стихах:

    И всегда я, всегда готов
    После летних ливней косых
    Попадать в очертанья следов –
    Незнакомых, мягких, босых.

    Вся дорога – строфы листа,
    Непрочитанные никогда.
    Эта грязь молодая – чиста,
    Это – лишь земля да вода.

    Вот читаю, как брел по ней
    Бородач, под хмельком чуть-чуть;
    Как ватага шумных парней
    К полустанку держала путь;

    Как несли полдневный удой
    Бабы с выгона в свой колхоз;
    Как, свистя, пастух молодой
    Волочащийся бич пронес;

    Как бежали мальчишки в закут
    Под дождем... и – радость земли –
    Голосистые девушки тут,
    Распевая, из бора шли.

    Отпечатались на грязи
    Все пять пальчиков – там и здесь,
    И следами, вдали, вблизи,
    Влажный грунт изузорен весь.

    Да: земля – это ткань холста.
    В ней есть нить моего следа.
    Эта мягкая грязь – чиста:
    Это лишь земля да вода.
    Последний раз редактировалось Иоанн; 14.02.2012 в 12:17.

Информация о теме

Пользователи, просматривающие эту тему

Эту тему просматривают: 1 (пользователей: 0 , гостей: 1)

Похожие темы

  1. Ответов: 0
    Последнее сообщение: 10.12.2010, 18:34

Метки этой темы

Ваши права

  • Вы не можете создавать новые темы
  • Вы не можете отвечать в темах
  • Вы не можете прикреплять вложения
  • Вы не можете редактировать свои сообщения
  •  

 

Content on this page requires a newer version of Adobe Flash Player.

Get Adobe Flash player


Powered by vBulletin® Version 4.2.5
Copyright © 2019 vBulletin Solutions, Inc. All rights reserved.
Перевод: zCarot